Мертвые души. С театрального не переводится

С театрального не переводится
Я люблю Коляду. Нет, не так. Коляда любит меня. Не совсем, конечно, меня. Меня – зрителя. С некоторых пор для меня если не единственным, то важнейшим критерием качества произведения стала степень вывернутости художника. Коляда в этом смысле – просто самоубийца. Кажется, так вывернуться невозможно – смертельно это. Ан нет! Наоборот! Вот это самое внутреннее, самое сокровенное, самое нежное и уязвимое открыть – это значит получить в ответ то же самое от зрителя. Наверное. Мне хочется, чтобы это было так. Лично я – отдаю всё.
Только что пришла с премьеры «Мертвых душ». Согласитесь, трудно абстрагироваться от бэк-граунда, мифологии и, чёрт возьми, хоть семи пядей вы во лбу – стереотипа? Да ещё если название спектакля – совершенно удивительным образом! - совпадает с названием литературного источника. А представьте, что спектакль на китайском языке. Смотрите в глаза глухонемых! Они – другие, потому что они видят другое. Вот так и в театре. С театрального – перевода нет.
Коляда умеет увидеть в толпе неваляшек – народ, глаза, «которые ничего не купят и ничего не продадут». В Собакевиче – Ельцина, в Плюшкине – вора в законе. В псевдонародной попсе и шансоне – дух народа. В одежде с китайского рынка – энергетику карнавала.
Как и во всех его спектаклях, когда на сцене весь состав, он – одно целое, пульсирующее энергией жизни. Каким-то чудом этой энергией наделяется весь зал, открываются чувства и истины, не поддающиеся переводу. Объяснять, как он это делает – это уже перевод с театрального.
Мистический Гоголь все-таки появляется на сцене – ему исповедывается Коробочка, сошедшая с ума от понимания, что продала она своих. Своих мертвых. Она, пожалуй, единственная, кто осознает, что мертвые – это ценность, и продавать их нельзя. Они – часть живых для нее. Для режиссера и для нас. В какой-то момент становится понятно, что такое эти мертвые для Коляды. И для нас, конечно, и для нас грешных. И продать их нельзя, и купить их нельзя. По-моему, они таки остались непроданными. Нет им цены. Благодаря им мы живы сейчас. Труп Гоголя переворачивается на погосте. И нет в этом ни ерничества, ни цинизма. Потому что он – из тех бесценных мертвых.
Идите, смотрите, будьте там и оживите!

| Еще

Последние комментарии